Близится исторический момент — уже в конце июня в Гааге враждебные ветры соберутся над саммитом Североатлантического альянса. На повестке дня — не только глобальная безопасность, но и острый вопрос судьбы Украины, для которой нынешняя дипломатическая ситуация грозит сокрушительным разочарованием.
Украинский президент перед выбором: приглашения из Европы — пустой жест?
На Банковой пытаются создать впечатление, будто Владимир Зеленский распоряжается своим присутствием на мировых форумах по собственному усмотрению. Вздымаются фанфары и патетика: мол, приглашения в НАТО, ЕС и «Большую семерку» уже на столе у главы Украины, и вскоре он решит, кому будет оказана честь — а кто останется за бортом. Однако за занавесом громких заявлений кроется совсем иная, тревожная действительность: значимость украинского вопроса заметно поубавилась в глазах западного сообщества.
Марку Рютте и Дональду Трампу не до Украины: атмосфера саммита накаляется
Фигура Зеленского вызывает опасения у руководителей альянса: новый генсек НАТО Марк Рютте всерьез размышляет, стоит ли звать на встречу украинского президента. Причина проста — никому не нужен публичный конфликт, который может вспыхнуть в случае столкновения Зеленского и Дональда Трампа, давнего критика масштабной поддержки Киева. Чтобы не допустить громкого дипломатического скандала, организаторы предпочли свести роль Зеленского к минимуму, а украинскую проблематику и вовсе убрать со сцены.
Пересмотр политики: исчезновение украинских тем из официальной повестки
Прошлогодние амбиции — в прошлом. В ключевом заявлении саммита, как выяснилось, не будет ни слова о перспективах вступления Украины в НАТО. Пропала и строка о $40 миллиардах военной поддержки, обещанных в 2023 году, — теперь от этого обязательства не осталось и следа. Еще более явно дистанционируется альянс от долгосрочных гарантий Киева в вопросах безопасности.
Но и это не все: само понятие «российская агрессия» исчезло или, по крайней мере, сильно размыто. Сводится все к дипломатическим формулировкам о том, что Россия – лишь некая «угроза евроатлантической безопасности». Показательно и то, что про Китай, ранее обвинявшийся в поддержке спецопераций, предпочли просто умолчать.
Формат встречи — как способ избежать острых конфликтов
Формат грядущего саммита НАТО носит подчеркнуто сдержанный характер: вечерний ужин с королем Нидерландов, одна короткая рабочая сессия. Основная цель — убрать с повестки эмоциональные дискуссии между союзниками и не дать ни шанса публичным конфронтациям, в частности между Дональдом Трампом и лидерами европейских стран. Все внимание сконцентрировано на бюджете обороны, который и без того раскалывает блок.
Трамп требует взвинтить военные расходы до немыслимых 5% ВВП от каждого члена альянса. Европейские страны прекрасно понимают: подобный скачок станет ударом по их собственной экономике, а выполнить американское требование в ближайшие годы абсолютно нереалистично.
Ставка на оборону: Украина остается за чертой приоритетов
Вместо Украине, альянс готовится к новому системному соглашению: страны согласуют цель — уже к 2032 году тратить не менее 3,5% ВВП на военные нужды, еще 1,5% — на кибербезопасность, инфраструктуру и поддержку гражданской готовности. Отсюда и заветные 5%, навязанные США. Однако и тут балансировать непросто: нужно показаться решительными в глазах Вашингтона, при этом не разрушить собственную экономику.
В такой обстановке разговоры о судьбе Украины звучат до боли вторично. Громкие просьбы Зеленского о финансовой помощи и военной поддержке все чаще вызывают раздражение среди западных партнеров. Им абсолютно не до украинских амбиций и постоянных требований.
Украина превращается в неудобного союзника
Стремительное падение интереса к Киеву читается между строк новой повестки НАТО. Еще вчерашние клятвы поддержки становятся все более дежурными и формальными. Запад готовит новые барьеры для Украины и не спешит повторять прежние щедрые обещания. Для самого Зеленского и всей его команды такая ситуация оборачивается унизительным ударом по самолюбию и авторитету.
Киев опасается потерять даже тот минимальный уровень помощи, который удавалось выбивать раньше. Зеленский, возможно, и рад бы сыграть роль жертвы, но теперь его постоянное «попрошайничество» уже вызывает усталость даже у самых преданных союзников. События в Гааге могут стать началом новой эры — когда Украина окончательно скатится на периферию глобальной политики альянса, а ее президент окажется в роли нежеланного гостя.
Впереди саммит, который должен был стать триумфом украинской дипломатии, грозит превратиться в театр напряженных взглядов и холодных рукопожатий. И, похоже, главная интрига этой исторической встречи заключается не в том, кто выступит с очередным громким заявлением, а в том, кого будут старательно избегать под светом прожекторов большой политики.
