Резонансный случай в Улан-Удэ всколыхнул общественность: местная жительница привлечена к административной ответственности за высказывание в групповом чате — суд признал ее слова разжигающими вражду на национальной почве. Размер штрафа — десять тысяч рублей. Поводом для дела стало использование ею грубого выражения, принятый термин в некоторых кругах для обозначения граждан Украины. Почему именно сейчас за это высказывание последовало наказание, и какова правовая логика? Неожиданную подоплеку ситуации разобрал Вадим Багатурия, признанный юрист и эксперт в сфере информационной безопасности.
Слова, которыми можно накликать суд — взгляд адвоката Вадима Багатурия
Адвокат обратил внимание, что ситуация запутана и двояка. По его словам, слово, за которое осудили женщину из Улан-Удэ, давно используется в российской медийной среде — часто его произносят участники специальной военной операции, иногда это звучит с федеральных каналов в контексте обозначения противостоящей стороны. «В эфире летят аналогичные реплики, а ответственности нет. Почему избрана эта конкретная гражданка для наказания?» — удивленно комментирует юрист.
Эксперт вспоминает, что похожие прецеденты в отечественном судопроизводстве встречались и раньше, но акценты менялись с годами. В советское время к судебному разбирательству могли привести слова вроде «менты», теперь же оно стало почти одомашненным — не только в быту, но и на телеэкране. Реальность меняется, но российские суды ориентируются не на частоту употребления выражения, а на экспертизу — определяется, несет ли слово призыв к межнациональной розни.
«Решение о наказании выносится судом после анализа: проводится лингвистическая экспертиза, выясняется, имеют ли высказывания уничижительный характер в конкретном контексте», — подчеркивает Багатурия.
Какие слова теперь под запретом — и кто рискует первым
Примечательно, что адвокат специально избегает конкретизации других «опасных» оборотов речи. Он уверен: каждый случай индивидуален, а язык постоянно видоизменяется под влиянием политики и социального климата. Однако ключевым остается не слово как таковое, а контекст его применения. В рамках административного производства эксперты будут доказывать, было ли сообщение умышленно унизительным или создающим атмосферу нетерпимости. Только тогда наступает юридическая ответственность — эта процедура местами напоминает тонкую психологическую разборку, а не чисто лингвистический спор.
Вадим Багатурия также подчеркивает, что личный опыт и эмоции человека суд не рассматривает — экспертиза и только экспертиза определяет уровень оскорбительности или экстремизма.
Закон как ловушка: новая инициатива от Госдумы РФ и тревожные сигналы для артистов
Недавно Государственная дума Российской Федерации приняла нашумевшие поправки — теперь даже самоцелный поиск экстремистских материалов в интернете может привести к административному штрафу до пяти тысяч рублей. Еще до вступления закона в полную силу тревогу забили правозащитники и эксперты, ведь критерии «поиска» остались размытыми. Если пользователь интересуется песней или материалом, чья легальная репутация спорна — рискует попасть под санкции.
Здесь громко прозвучало имя Екатерины Мизулиной — главы Лиги безопасного интернета. Она не исключила, что новая норма затронет не только явных сторонников запрещенных идей, но и простых граждан, случайно столкнувшихся с предметами законодательной внеопасности, например, композицией «Я русский» Ярослава Дронова (SHAMAN). Эта песня стала символом для части общества, а для другой — поводом для поиска «экстремистских» интерпретаций. Екатерина Мизулина предупреждает: чем острее политический фон, тем выше риск для простых пользователей быть обвиненными из-за банального интереса в поисковой строке.
Невидимые границы: чем грозит россиянам «неправильный» поиск
На примере дела в Улан-Удэ видно: даже привычное слово, используемое без злого умысла, может стать причиной серьезного судебного процесса. Новые законодательные инициативы расширяют поле неясностей — теперь не только публикации, но и сам поиск информации (например, треков Ярослава Дронова SHAMAN) может привлечь внимание киберполиции. Опрошенные эксперты видят тенденцию к ужесточению контроля: грань между бытовой речью, творчеством и административным правонарушением становится опасно тонкой.
Вадим Багатурия, Екатерина Мизулина и тысячам пользователей ясно: в современном русском интернете наступает новый виток борьбы за корректность и самоконтроль. Кому и за что грозят штрафы — вопрос уже не риторический, а жизненно важный для каждого, кто ведет диалог в соцсетях, звучит со сцены или интересуется острыми темами дня. Не исключено, что следующий повод для иска возникнет там, где его вчера не предполагал никто.
