Переезд в деревню из города

  • автор:

Мы живем в деревне с мая 2011 года, переехали из Новосибирска почти за 200 км в тупиковую деревню. Про переезд из города в деревню мы теперь знаем если не все, то практически все. К нашему удивлению, свое мнение о деревенской жизни спустя почти 10 лет после переезда мы не поменяли, а лишь еще больше уверились в правоте своего выбора. После нашего переезда, в эту же деревню приехало еще несколько городских семей, все по разным причинам.

Причины переезда в деревню.

1.Чаще всего переезжают многодетные семьи не имеющие своего жилья в городе. Очень сложно одному родителю тянуть детей и съем квартиры, да и с тремя детьми в однушке не поживешь. На материнский капитал можно в деревне купить дом, что они и делают.

  1. Пенсионеры – дачники хотят жить на земле. Эта категория переезжающих, чаще всего, продают городское жилье и перебираются в деревенский домик. Возделывают грядки и содержат не хлопотных животных они с удовольствием.
  2. Фермера. Продают жилье, вкладывают в что – то сельскохозяйственное, но чаще всего не разбираются в этой отрасли и как следствие прогорают.
  3. Эта причина привела в деревню нас. Мы просто устали от пробок и суеты и захотели свободы.

Часто можно слышать мнение, что жизнь в деревне непомерно тяжела, никакой свободы здесь не получишь из – за скотины, в общем, это жизнь практически на грани.

Заблуждения о деревенской жизни.

  1. Самое популярное заблуждение – это, что в деревне надо работать от рассвета до заката не разгибая спины. Работать в деревне конечно нужно, но здесь вы сами себе эту работу даете, график вам никто не назначает, как и список дел на день. По – секрету скажу, большинство деревенских днем спят, они рано встают, делают необходимую работу и ложатся спать. Много вы наспите в городе?
  2. В деревне все бедные, работают за копейки. Скажу так, большинство в деревнях на работу не ходят, но и живут на порядок лучше, чем многие в городе. Свое хозяйство позволяет и семью прокормить и денег поднакопить. Вы удивитесь, но некоторые жители нашей деревни со своего хозяйства покупают квартиры и машины своим детям, которые учатся в городе без всяких кредитов и ипотек.
  3. В деревнях нет ни больниц, ни дорог, детям делать нечего, только слоняться по улице. Про то, как с этим в нашей деревне обстоят дела, почитайте в статье переезд из города в деревню – личный опыт.
  4. От скотины никуда не уедешь, будешь сидеть в деревне безвылазно. Во – первых, процесс кормления и поения скота легко можно автоматизировать без лишних затрат и на 2 -3 дня уехать спокойно. Если нужно больше времени, никто не запрещает договориться с кем – ни — будь из деревни, чтобы за вашим хозяйством присмотрели за плату.

После переезда в деревню качество жизни людей улучшается, даже если доходы не увеличиваются, а дети гораздо счастливее в деревне, нежели в городе у компьютера.

Как изменилась наша жизнь после переезда в деревню.

  1. Мы получили долгожданную свободу. Мой муж – заядлый рыбак, а у нас за огородом протекает река в которой полно рыбы, в пяти минутах ходьбы – лес с грибами и ягодами. Мимо нашего дома может за неделю не проехать ни одной машины. В город мы ездим каждую неделю, а в райцентр – когда захочется.
  2. Продукты в магазине, мы конечно, покупаем, но это крупа, мука, сахар, чай и т.д. Живем мы в Сибири, так что фрукты тоже покупные. Мясо, молоко, овощи – все свое, натуральное и очень вкусное, на магазинную сметану и колбасу даже смотреть не хочется.
  3. Мы стали много путешествовать. Раз в месяц – стабильно куда – ни — будь ездим.
  4. Мы не берем кредитов и никому ничего не должны.

Переезжайте в деревню, не бойтесь, все у вас получиться.

Люди массово переезжают из деревни в город. И крайне редко — из города в деревню. Крайне редко — если не брать вариант, когда люди берут таун-хаус во вновь отстроенном коттеджном поселке или микрорайоне, на расстоянии плевка от города. И по утрам ездят в город на работу, а вечером — назад, проводя в дороге многие часы. Гипотетически вроде бы выигрывая в деньгах, но расплачиваясь часами жизни, которые складываются в года. Но вряд ли такое можно назвать настоящим переездом, Давайте поговорим о настоящем переезде — когда люди едут далеко, когда свои доходы они строят на том, что заработают в деревне.

Прежде всего — много ли людей, вербально высказывающих желание в деревню перебраться? Много, достаточно много. Раньше было поменьше, чем желающих свалить из страны — сейчас уже, видимо, побольше. Мотивы примерно те же — усталость от происходящего, в жизни что-то не складывается и не получается. И хочется поискать причины не в себе, а в стране — или в городе. “Да, вот страна эта проклятая, на Западе уже б зарабатывал раз в 10 больше”. “Да вот экология вся отравлена, усталость все время, а на природе то воздух какой, сразу прилив сил ощущается”. По-научному это называется эскапизм. В случае с эмиграцией реально уехало не так много из тех, кто вещал о том, что “пора валить”. Большинству хватило турпоездки на пару недель раз в год. В случае с деревней ровно так же — съездили к родне или на дачу на лето, повосхищались — да и хватит.

Тем не менее — есть те, кто решается. Из самых известных и медийных — украинский дауншифтер Кошастый и российский человек сомнительной репутации (жулик?) Стерлигов. И в том и в другом случае крайне трудно выделить реальную составляющую и составляющую медийную. Поэтому расскажу лучше о пару случаев менее известных, о которых друзья рассказывали. Они как бы два разных подхода проиллюстрируют — романтический и прагматический.

История первая. Было несколько религиозных людей. Слишком религиозных. В крайней форме таких еще пгм называют. В общем, повелись они на какую-то из сетевых пропаганд, из тех, что призывают родовые усадьбы строить, и решили от города и греха уехать и в деревне жить. Собрали семьи, нашли заброшенную деревушку достаточно далеко и уехали. Уехали летом. Уже через достаточно непродолжительное время оказалось, что в деревне — нужно ведь руки иметь. Нужно много и тяжело работать, чтоб заброшенные избушки снова сделать жилыми. Сначала не выдержали жены, послали все и с детьми в лоно цивилизации вернулись. А потом один из переселенцев запил, стал в запое с топором бегать и крушить все. А дело шло к осени, с разбитыми окнами спать было некомфортно, а с запойными человеком, бегающим с топором — тем более. Словом, вернулись люди в греховный город.

История вторая. Рассказывал хороший знакомый, коммерсант, поднявшийся своим трудов в 90-е. Жил он торговлей, крутился. Он не уточнял, почему решил податься в деревню, а я не спрашивал. Думаю, причины были прагматические, поскольку человек был далек от высоких материй. Как человек прагматический, он задумался об источнике дохода. Резонно предполагая, что с огорода не проживешь, решил в селе небольшой завод по переработке продукции поставить (не расшифровываю, все ж человек со мной только делился). Не считая себя умнее других, он с братом объехал все аналогичные предприятия по соседству, лично посоветовался с владельцами, узнавал нюансы дела и подводные камни. Построил заводик, как сам с гордостью рассказывает — по уму построил, учтя ошибки аналогичных заводиков. Увы — он учел технологические ошибки, и допустил человеческие. “Меня предупреждали”, — рассказывал мне он: “Не плати работникам больше минимальной суммы. Тут никто больше не платит. Я не послушал. Посчитал — прибыль должна была быть, хватит и побольше заплатить. Подумал — да что мне, жалко? Зря. Заплатил первую зарплату. На другой день не было никого на работе — все запили. Оказывается им потому и платили мало — чтоб меньше денег на водку было. Ну и дальше все только хуже. было. Не поверишь — раз на полчаса уехал к нотариусу за чем-то. Приезжаю — все пьяные, не работает ничего. Через какое-то время в первый раз я работника ударил, потом второй”. Мой знакомый — коммерс, торговец, он не из тех, кому нравится унижать людей. Он рассказывает об этом с грустью: “Через какое-то время не мог людей уже бить кулаками. Потому что уже кулаки болели. С палкой стал ходить и бить палкой. Но не помогало, не мог же я все время с палкой над людьми стоять. Пока там — вроде что-то движется, как нет меня — все прахом. А деньги можно было делать, тема была вполне востребованная. Короче, продали мы заводик и в город вернулись”.

Вот такие разные истории, закончившиеся одинаково. Которые подводят нас к той мысли, что переезд в деревню отнюдь не прост. Ну и дальше я попробую резюмировать и плюсах деревни по сравнению с городом рассказать. Продолжение следует.

Переезд из города в деревню называют социологи новым российским трендом. Причем уезжают поближе к земле обычные горожане. Кто — по программе переселения, кто — по велению души. Открывают новое дело и начинают новую жизнь. Ведь из-за программы импортозамещения и падения цен на нефть многие задумались, а чем и где зарабатывать.

Россия традиционно предлагает, помимо нефти, на мировой рынок удобрения, самолеты, цветные металлы, услуги в атомной и космической областях, лес, специальное оборудование, но это все — дело рук промышленных гигантов. Те, кто не делает ракеты и не собирается перекрывать Енисей, нашли свои способы чем жить.

Когда Михаил заявил, что переезжает жить в деревню, знакомые покрутили пальцем у виска, мать расплакалась, а отец сурово промолчал. Пропадёшь, от тоски взвоешь, утонешь в грязи, деревенские со свету сживут — эти напутствия 28-летний горожанин слышал ни один раз.

«Я предполагал, что будет трудно, поэтому продал квартиру, машину — всё, что меня связывало с предыдущей жизнью», — рассказывает фермер Михаил Бажан.

Поначалу и правда было тяжело: без электричества, без газа, без привычного комфорта. Но, преодолев первые трудности, Михаил задумался о том, что ему нужны единомышленники, вместе с которыми он будет осваивать эти земли.

«Как кооператив, как сообщество, в котором они используют совместное средства производства, создают среду, в которой они могу жить, работать и меньше зависеть от внешних условий: от курса доллара, от цен в магазинах», – говорит фермер Михаил Бажан.

Кто-то скажет, что здесь изобретают велосипед под названием «колхоз». Но главное отличие в том, что этот колхоз — дело и правда добровольное. Да ещё и не каждого в него примут: просто соседи здесь не нужны — работать надо. Поселенцы берутся за всё, что приносит быструю отдачу и требует минимальных инвестиций: куры, козы, лесопилка, лекарственные травы. Продукцию свою продают через Интернет, на фермерских ярмарках. Парадокс в том, что местные жители из соседней деревни яйца и молоко покупают у городских переселенцев. Оказывается, своя земля может кормить, если на ней работать.

«Всех уже приучили к тому, что ты идёшь в магазин и там дешевле, и не надо тратить время. Картошку уже никто не сажает! До того дошло, что, глядя на нас, они как-то вовлекаются в эти процессы, начинают заниматься сельским хозяйством», — рассказывает фермер Михаил Бажан.

Но большинство жителей соседнего села Найдёново ездят работать в город. Сбежать из деревни — полувековая мечта сельской молодёжи. В городе удобнее, в городе легче, в городе веселее. Движение обратно пока не так заметно: уезжают слабые, возвращаются сильные, предприимчивые.

«Переезд на природу становится мейнстримом. Потому что очень многие горожане устали от дня сурка: работа-дом, работа-дом. Отдых — это выходные, когда они уедут на природу. И многие уже захотели изменить образ жизни», — говорит фермер Михаил Бажан.

Жалобы на то, что в деревне скучно, у ребят вызывают смех: посмотрите, говорят, на этих горожан, которые половину выходного дня стоят в пробках, чтобы приехать на дачу, а потом ещё полдня, чтобы успеть к понедельнику в офис. А здесь дача круглый год! Кроме повседневных дел — охота, рыбалка, лыжи. Скучать просто некогда.

Старенький УАЗ, «буханка» — это главное средство передвижения здесь. На нём и за дровами, и в магазин. Ну и, конечно, развлечение — езда по снежной целине. Весело подпрыгивая на ухабах, едем на пасеку — проведать, как зимуют пчёлы. Здешний мёд несколько раз получал призы на ярмарках за свои вкусовые качества. Ну а для хозяйства он — важный источник дохода.

На вопросы о мечтах и перспективах все здесь отвечают примерно одинаково: мечты самые простые, но для офисного клерка часто несбыточные.

«Чтобы дом большой был, семья крепкая, хозяйство своё, продукты натуральные. Это самое главное — здоровье», — говорит Полина Косенко.

Переход недовольства городскими условиями жизни и качеством магазинных продуктов к идее собственного дома и хозяйства — сегодня это тенденция, которая начинает учитываться государственными программами.

«Становится все больше и больше подобного рода экопоселений. Так что, если вы знаете, в Государственной Думе уже рассматривается принятие специального закона об экопоселениях. Идея родовых поместий, идея того, чтобы происходила трансляция знаний образа жизни через сельские поколения. Сейчас это все становится достаточно перспективным», — говорит директор Центра аграрных исследований РАНХиГС Александр Никулин.

Сыроварня в подмосковном поле появилась благодаря санкциям. Предприниматель Олег Сирота решил доказать прежде всего себе, что в России можно делать сыр не хуже французского и швейцарского.

«Наши деды продавали в Швейцарии «Грюйер», в Англию «Чеддер» возили. Это правда есть, это не британские учёные написали. Это есть в швейцарских учебниках истории, и даже есть список швейцарцев, которые ездили в Россию учиться, потому что очень хорошая подготовка была», — рассказывает сыровар Олег Сирота.

О сыре Олег знает всё — за опытом ездил в Европу. Главный его технолог проработал на немецкой сыроварне 20 лет и вот решил применить свои знания в своей стране. Говорит, что самая большая проблема для сыровара в России — качество молока. Исходное сырьё должно быть исключительно чистым, с определенным количеством белка — только так можно обойтись без консервантов. Поэтому Олег хочет построить свой собственный коровник. Ну а пока старается держать марку, и покупатели голосуют за его сыры рублём: каждая зреющая на складе головка подписана именем заплатившего за неё человека.

«Вот эти головки уже проданы. И все сыры, которые будут сварены на сыроварне, до апреля месяца уже распроданы. До апреля! Очередь уже на сыр есть, — рассказывает сыровар Олег Сирота. – Сейчас такие условия для развития сыроделия, сельского хозяйства, которых нет нигде в мире. У нас в магазине покупают головками сыр, приезжают на сыроварню, берут головку или две — я нигде в мире такого не видел».

Стены у сыроварни стеклянные — каждый может посмотреть, как здесь делают сыр. А в магазине, где торгует жена Олега, Пелагея, висят списки покупателей с датой, когда они получат свой заказ.

«Очень важный момент, когда ты можешь потрогать результаты своего труда, а не когда ты штаны в офисе протираешь. Я счастлив, я ни на минуту не жалею», — признался сыровар Олег Сирота.

Пока бизнес только-только встаёт на ноги, Олег все деньги вкладывает в производство. Сам живёт в тесной бытовке и только мечтает построить рядом с сыроварней большой дом. Но возвращаться в город он уже не планирует.

«Здесь появляется ещё главный стимул — появилась экономическая целесообразность. Здесь есть, что делать, здесь можно зарабатывать! Можно! Деньги наша земля приносит сейчас», — говорит сыровар Олег Сирота.

Любой такой бизнес — это ещё и рабочие места. Так у предпринимателя из Рязанской области Сергея Наумкина на кроличьей ферме работают 15 человек. Сам он тоже городской, несколько лет был технологом на машиностроительном заводе, а сегодня отгружает в торговые сети 8-10 тонн мяса ежемесячно. Сергей считает, что сейчас ситуация для сельхозпроизводителей уникальная: из-за низкого курса рубля и санкций рынок в их полном распоряжении.

«К сельскому хозяйству никогда отношения не имели, но было бы желание», — говорит предприниматель Сергей Наумов.

Видеть результаты своего труда, дышать чистым воздухом, не тратить время на дорогу, а главное — не зависеть от чужой воли и обстоятельств. То есть быть хозяином своей судьбы — об этом многие мечтают. А всех этих предпринимателей объединяет то, что они не просто мечтают, не ждут благоприятных условий, а едут на село и воплощают свои мечты в жизнь.

Местные жители из соседней деревни яйца и молоко покупают у городских переселенцев. Оказывается, своя земля может кормить, если на ней работать.

«Всех уже приучили к тому, что ты идёшь в магазин и там дешевле, и не надо тратить время. Картошку уже никто не сажает! До того дошло, что, глядя на нас, они как-то вовлекаются в эти процессы, начинают заниматься сельским хозяйством», — рассказывает фермер Михаил Бажан.

Но большинство жителей соседнего села Найдёново ездят работать в город. Сбежать из деревни — полувековая мечта сельской молодёжи. В городе удобнее, в городе легче, в городе веселее. Движение обратно пока не так заметно: уезжают слабые, возвращаются сильные, предприимчивые.

«Переезд на природу становится мейнстримом. Потому что очень многие горожане устали от дня сурка: работа-дом, работа-дом. Отдых — это выходные, когда они уедут на природу. И многие уже захотели изменить образ жизни», — говорит фермер Михаил Бажан.

Жалобы на то, что в деревне скучно, у ребят вызывают смех: посмотрите, говорят, на этих горожан, которые половину выходного дня стоят в пробках, чтобы приехать на дачу, а потом ещё полдня, чтобы успеть к понедельнику в офис. А здесь дача круглый год! Кроме повседневных дел — охота, рыбалка, лыжи. Скучать просто некогда.

Старенький УАЗ, «буханка» — это главное средство передвижения здесь. На нём и за дровами, и в магазин. Ну и, конечно, развлечение — езда по снежной целине. Весело подпрыгивая на ухабах, едем на пасеку — проведать, как зимуют пчёлы. Здешний мёд несколько раз получал призы на ярмарках за свои вкусовые качества. Ну а для хозяйства он — важный источник дохода.

На вопросы о мечтах и перспективах все здесь отвечают примерно одинаково: мечты самые простые, но для офисного клерка часто несбыточные.

«Чтобы дом большой был, семья крепкая, хозяйство своё, продукты натуральные. Это самое главное — здоровье», — говорит Полина Косенко.

Переход недовольства городскими условиями жизни и качеством магазинных продуктов к идее собственного дома и хозяйства — сегодня это тенденция, которая начинает учитываться государственными программами.

«Становится все больше и больше подобного рода экопоселений. Так что, если вы знаете, в Государственной Думе уже рассматривается принятие специального закона об экопоселениях. Идея родовых поместий, идея того, чтобы происходила трансляция знаний образа жизни через сельские поколения. Сейчас это все становится достаточно перспективным», — говорит директор Центра аграрных исследований РАНХиГС Александр Никулин.

Сыроварня в подмосковном поле появилась благодаря санкциям. Предприниматель Олег Сирота решил доказать прежде всего себе, что в России можно делать сыр не хуже французского и швейцарского.

«Наши деды продавали в Швейцарии «Грюйер», в Англию «Чеддер» возили. Это правда есть, это не британские учёные написали. Это есть в швейцарских учебниках истории, и даже есть список швейцарцев, которые ездили в Россию учиться, потому что очень хорошая подготовка была», — рассказывает сыровар Олег Сирота.

О сыре Олег знает всё — за опытом ездил в Европу. Главный его технолог проработал на немецкой сыроварне 20 лет и вот решил применить свои знания в своей стране. Говорит, что самая большая проблема для сыровара в России — качество молока. Исходное сырьё должно быть исключительно чистым, с определенным количеством белка — только так можно обойтись без консервантов. Поэтому Олег хочет построить свой собственный коровник. Ну а пока старается держать марку, и покупатели голосуют за его сыры рублём: каждая зреющая на складе головка подписана именем заплатившего за неё человека.

«Вот эти головки уже проданы. И все сыры, которые будут сварены на сыроварне, до апреля месяца уже распроданы. До апреля! Очередь уже на сыр есть, — рассказывает сыровар Олег Сирота. – Сейчас такие условия для развития сыроделия, сельского хозяйства, которых нет нигде в мире. У нас в магазине покупают головками сыр, приезжают на сыроварню, берут головку или две — я нигде в мире такого не видел».

Стены у сыроварни стеклянные — каждый может посмотреть, как здесь делают сыр. А в магазине, где торгует жена Олега, Пелагея, висят списки покупателей с датой, когда они получат свой заказ.

«Очень важный момент, когда ты можешь потрогать результаты своего труда, а не когда ты штаны в офисе протираешь. Я счастлив, я ни на минуту не жалею», — признался сыровар Олег Сирота.

Пока бизнес только-только встаёт на ноги, Олег все деньги вкладывает в производство. Сам живёт в тесной бытовке и только мечтает построить рядом с сыроварней большой дом. Но возвращаться в город он уже не планирует.

«Здесь появляется ещё главный стимул — появилась экономическая целесообразность. Здесь есть, что делать, здесь можно зарабатывать! Можно! Деньги наша земля приносит сейчас», — говорит сыровар Олег Сирота.

Любой такой бизнес — это ещё и рабочие места. Так у предпринимателя из Рязанской области Сергея Наумкина на кроличьей ферме работают 15 человек. Сам он тоже городской, несколько лет был технологом на машиностроительном заводе, а сегодня отгружает в торговые сети 8-10 тонн мяса ежемесячно. Сергей считает, что сейчас ситуация для сельхозпроизводителей уникальная: из-за низкого курса рубля и санкций рынок в их полном распоряжении.

«К сельскому хозяйству никогда отношения не имели, но было бы желание», — говорит предприниматель Сергей Наумов.

Видеть результаты своего труда, дышать чистым воздухом, не тратить время на дорогу, а главное — не зависеть от чужой воли и обстоятельств. То есть быть хозяином своей судьбы — об этом многие мечтают. А всех этих предпринимателей объединяет то, что они не просто мечтают, не ждут благоприятных условий, а едут на село и воплощают свои мечты в жизнь.

Дауншифтинг по-тульски: Один в деревне

Говорят, что через сто лет Россия может остаться без деревень. Такой прогноз дает центр экономических и политических реформ. На карте Тулы действительно есть точки, в которых жителей можно пересчитать по пальцам одной руки.

Наш герой живёт в деревне Рождество.

На улицах — ни души, в домах нет света. Но решили не сдаваться: вдруг кто-то, да есть. Через полчаса исканий мы вышли к небольшому домику на окраине…


Дом Александра Лялина находится на самом конце деревни.

Дым из трубы — хороший знак: стали настойчиво стучать в дверь. Минут через десять — успех. Открыл мужчина.

— Проходите, — вежливо пригласил он нас в дом. — У меня всего одна комната, где тепло, там и пообщаемся.


В этой комнате Александр проводит бОльшую часть времени.

Комната небогатая, но уютная: цветы, чистая скатерть на столе, два мягких дивана. Все устроено с любовью.

— Так и живу… — развел руками мужчина.

Александр всю жизнь он работал водителем в Туле, обзавелся семьей, несколько лет назад вышел на пенсию. Но потом решил: пора что-то менять.

— Я считаю, моя жизнь была довольно насыщенной, — улыбается Александр. — Много людей вокруг, друзья, коллеги, близкие… В лихие 90-е получилось немного подзаработать, и родители купили дом в деревне Рождество. Они очень хотели сюда перебраться, но, к сожалению, они рано ушли из жизни. С переездом так и не сложилось. А я осуществил их мечту. И вот, два года назад я окончательно поселился здесь, в деревне. Зимой здесь никто не живет, лишь я один. По выходным иногда приезжают соседи — проверить, в каком состоянии тут их хозяйство.

Для соседей Александр расчищает дорогу от снега — от околицы до околицы, чтобы люди могли подъехать к своим домам.

Ощущение, что поработала целая бригада дворников: идти комфортно, будто бы улицы и не заметало.

— Беру лопату и вперед — гулять, — продолжает Александр. — Знаете, какая прелесть? Морозец десятиградусный — сущий пустяк: я же за работой, да и одет тепло. Можно насладиться красотой вокруг, умиротворением. В городе такого состояния никогда не будет: шум, суета, проблемы — все это отвлекает тебя от гармонии.

По словам Александра, в Рождестве многолюдно с мая по октябрь. Остальные семь месяцев — тишина. На зиму люди оставляют животных в деревне, а Александр, по своей природной доброте, каждый день их кормит.


Соседи оставляют кошек и собак на зиму в деревне. А Александр их кормит.

Собаки точно знают, от кого ждать помощи, и защищают мужчину как своего хозяина: пока мы были в доме, лай за окнами не прекращался. Но ночью животные спят, а к Александру порой заглядывают незваные гости.

— Как-то лежу, смотрю телевизор, — вспоминает мужчина. — Время 12 ночи. Стук в дверь, причем достаточно настойчивый. Кричу: «Кто там?», а мне так грубо: «А ну-ка, ты! Открывай — выходи!». Вот что делать? На помощь позвать некого, связь не ловит в доме: слишком плотные стены. Чтобы позвонить, нужно выходить на улицу и подниматься в горку. «Не выйдешь? Да что тебе стоит, мужик?», — снова раздалось за дверью. Что поделать, пришлось выходить. На пороге — два парня подозрительного вида. Цель своего прихода они мне так и не назвали, но разговор все же состоялся. Я объяснил, что живу один, что брать у меня нечего, и они, поколебавшись, ушли. Договорились полюбовно, так сказать.

И этот случай — не единственный. Раз в месяц похожие странные истории повторяются.

Как зачастую говорят о жизни в деревне: скука и беспробудное пьянство. Александр своим примером развенчивает этот миф.

— Когда я переезжал в деревню, мужики говорили: «Да как ты один будешь? Делать там нечего, сопьешься…». Но прошло два года, а я так и не пристрастился к спиртному. Чтобы жить одному в глуши, нужен характер, стержень. Иначе — беда.


Телевизор, книги, музыка — это спасает Александра от скуки.

— Мой день проходит трезво. Чтобы не разучиться говорить, читаю книги. В основном, классику: Некрасов, Толстой, Тютчев. Никакой фантастики — не люблю ее за оторванность от реальности, хочется все же быть ближе к миру душой, раз телом я от него так далеко.

Дома у меня небольшое хозяйство — курочки. Зимой я их не выпускаю, в сарае у меня сидят.

По выходным ко мне приезжает семья — жена, дети, внуки. Они привозят мне продукты. Иногда за продуктами в Тулу езжу и сам.

Одиночество скрашивает и телевизор. Программ, правда, немного, но мне хватает.

Выхожу гулять. В деревне, в отличие от города, почти всю зиму лежит снег. Выходишь из дома — сказка!

А вообще жизнь здесь настолько размерена, что я могу сказать, чем буду заниматься через год. Все зависит от человека: как он себя будет вести, так и проживет. Я выбрал пусть наслаждения отдыхом, воздухом, тишиной — каждым моментом.

Но иногда и здесь бывает шумно. Название нашей деревни пошло от Рождества Богородицы — 21 сентября. В этот день гуляем всей округой: веселимся, водим хороводы, поем песни, выходим на пикники. На Новый год, кстати, такая же программа. Разве что елки наряжаем.

Праздники кончаются, и я снова остаюсь один. Мне не страшно: с годами я стал верить в Бога, в то, что он все видит и не позволит свершиться несправедливости. При этом все равно считаю себя глубоким грешником. Но ведь как говорится в Писании: раскаявшийся грешник стоит двух праведников…

Дауншифтинг по-русски. Переселение в поселение

Дауншифтинг, основание родовых поместий, фермерских хозяйств, эко-поселений и даже целых эко-городов. Все эти явления объединяет стремление к свободе, здоровому образу жизни, экологичности, чистоте пространства и сознания.
Я побывала на ферме в Тверской области, чтобы посмотреть, как живут молодые люди, покинувшие тесные городские квартиры ради жизни и работы на земле. Узнала об альтернативных источниках энергии – ветрогенераторах и солнечных батареях, о современных технологиях ведения сельского хозяйства, о быте и философии «переселенцев».

Новая национальная идея
Сейчас идея о родовых поместьях претендует стать национальной идеей России. Существует целое движение по созданию «родовых поселений». Этому во многом способствовала серия книг «Звенящие кедры России» популярного автора В. Мегре. Идея привлекательна: каждая семья должна обустроить всего один гектар земли, создать поселение, жить на родной земле в гармонии с природой, выращивать натуральные продукты, воспитывать здоровых детей. Это сделает страну сплочённой и богатой, поможет сохранить экологию, не говоря о том, что это просто мечта многих людей, создание «образа рая на земле». Скажите – идиллия или утопия? Тем не менее в России существует уже более 300 таких поселений.

Более того, эта идея стала созвучна и государственным целям, развитию сельского хозяйства, актуальному ныне импортозамещению. Идею бесплатно давать землю на Дальнем Востоке предложил вице-премьер РФ — полпред президента РФ Юрий Трутнев. Владимир Путин подписал законопроект «Об особенностях предоставления гражданам земельных участков в Дальневосточном федеральном округе». И вот, с 1 мая 2016 года закон вступает в силу.

Как закон работает? Любой гражданин РФ может получить участок на территории Дальнего Востока площадью 1 Га, свободный от прав третьих лиц. Можно объединиться и получить участки рядом для совместной деятельности. Участок сначала дают в безвозмездное пользование на пять лет, а затем в собственность бесплатно, если земля использовалась для деятельности, не запрещенной законодательством. В случае неиспользования земля изымается, участок нельзя продать, подарить или сдать в аренду иностранным гражданам. Это участки в удалении от крупных городов, предназначенные для ведения сельского, лесного, охотничьего хозяйства или для создания бизнеса.

Как получить участок? На портале НаДальнийВосток.РФ можно выбрать земельный участок, а заодно почитать закон. Нужно написать заявление, после его одобрения получить и подписать договор.

Казалось бы, такие разные вещи, как создание родовых поместий и модное течение дауншифтинга имеют нечто общее. По моему мнению, это разные грани одного и тоже глобального процесса, который происходит сейчас в мире.

Философия дауншифтинга, «simple living»
Дауншифтинг – новое для России социальное явление, пришедшее к нам из западного мира. В переводе с английского «downshifting» – «перемещение вниз», «переключение автомобиля на более низкую передачу». В эпоху постматериалистических ценностей это способ установить равновесие между работой и жизнью, самостоятельный жизненный путь, а не навязанный обществом потребления.

Как проявляется эта тенденция массового изменения образа жизни людей? Как отказ от карьерного роста, высокого социального статуса, высокооплачиваемой офисной работы и переезд в южноазиатские страны для менее напряженной жизни. Во многом потому что жизнь где-нибудь на Гоа или в Таиланде намного дешевле.

Осталось решить, как и на что жить, будучи дауншифтером. Можно найти удаленную работу, создать бизнес, источники пассивного дохода или жить на заработанные ранее деньги, сдавать городскую квартиру.

К слову, необязательно уезжать именно в Азию. Можно поселиться хоть на русском севере, в тайге или в лесу, жить в деревне, на даче или вот воспользоваться федеральной программой по получению гектара земли. Каждый для себя составляет уникальный проект, совмещающий представления о свободной жизни и возможности для заработка.

Волонтерская работа, WOOFing
Чтобы познакомиться поближе с премудростями сельской жизни, существуют различные волонтерские программы. Одна из самых старых и известных WWOOF – World Wide Opportunities on Organic Farms или Всемирные Возможности на Органических Фермах. Организация объединяет волонтеров и фермы, которым нужны добровольцы.

Да, эра интернета дает нам доступ к любым знаниям, но часто ли они переходят в настоящий опыт? В условиях перенасыщения информацией, ценно живое знание – как подоить козу, построить сруб, как правильно собирать травы. «Вуфинг» создан для молодых людей из разных стран, которые только присматриваются к фермерству. Это отличная возможность путешествовать по миру и одновременно узнавать об органическом образе жизни.

WWOOF – это обмен: волонтеры работают на ферме по 4-6 часов в день, хозяева обеспечивают их жильем и натуральной пищей. Работать на виноградниках во Франции, на клубничных полях или расчистка дождливых джунглей на Гавайях: звучит привлекательно. И это действительно так, по отзывам многих вуферов.

В России также набирают популярность эко-туры, волонтерские поездки в заповедники. Можно, например, заниматься сбором мусора на Архызе, или организовывать эко-тропы на Байкале.

Как видим, возможности альтернативной жизни, агротуризма или хотя бы небольшого эко-отпуска становятся все более привлекательны для жителей нашей страны. Что это – возвращение к истокам, к жизни на земле, какой во все времена жили русские люди? Или это просто усталость от города: перенасыщение информацией и рекламой, грязная вода и воздух, отсутствие на полках магазинов здоровых и доступных продуктов, жизнь в бетонной клетушке. Попробуем разобраться.

Заинтересовавшись «вуфингом» в России, я нашла хост-лист поселений, которые приглашают к себе волонтеров. Мой выбор пал на КФК «Молодежное» в Тверской области. Оказалось, это не просто ферма, куда приглашают волонтеров для работы, а целый социальный проект.

«Переселение в поселение»
Три года назад три молодых семьи решили покинуть тесные городские квартиры и уехали жить на землю. Ребята выкупили 15 гектаров бывшей колхозной земли недалеко от деревни Кушалино, в Тверской области, и начали устраивать свою новую жизнь. Вместе они открыли инновационное крестьянско-фермерское хозяйство «Молодежное».
Сегодня к поселенцам присоединились около 20 семей, уже выкуплены дополнительные участки общей площадью около 40 Га. Каждая семья планирует построить свое хозяйство, а помочь им, а заодно и всем горожанам, желающим переселиться в деревню, поможет проект «Переселение в поселение».

Цель проекта – создание действующей модели современного сельского поселения, где труд для человека не является рутиной, а жизнь комфортная и интересная.
В КФК «Молодежное» можно познакомиться с альтернативными источниками электроэнергии: ветрогенератором и солнечными батареями, которые позволяют быть независимыми от электросетей.

Рассказывает Михаил, юрист по профессии, лидер первого потока переселенцев:
«Первое, с чем мы столкнулись после переезда, – отсутствие электричества на сельхоз земле. Подключать его не входило в планы администрации Кушалинского сельского поселения. Мы решили использовать современные технологии, не наносящие вреда экологии, – поставить ветроэнергетическую установку и солнечные батареи, которые полностью обеспечивают наши электропотребности. Уникальная конструкция ветрогенератора – тверская разработка завода «Исток», которую использовали военные. У нас, в Тверской области, это первый объект у гражданских.

За три года мы ощутили преимущество альтернативной энергии: например, когда стихия рвет провода в деревне, ветрогенератор еще активнее вырабатывает электричество. Это помогает содержать инкубаторы и другие приборы, которые нельзя отключать от сети даже на короткий срок.»

– Как вы перебирались из города в деревню?
– Мы с женой решили, что нам не подходит городской образ жизни, не хватает жилой площади и комфортных условий, чтобы создать семью. Появилась идея построить свой дом, заняться сельским хозяйством. Хотелось заниматься любимым делом, работать на земле и создавать объекты своими руками, в городе сложно осуществлять эти задачи.

– Есть ли минусы жизни вдали от города?
– Мы находимся достаточно близко от города, меньше часа езды от Твери, у нас есть доступ к городской инфраструктуре, и в то же самое время нам удается избежать минусов цивилизации.

– Как устроена ваша сегодняшняя жизнь в поселении?
– У нас существует разделение обязанностей. Мужчины занимаются животными, работают на пилораме, занимаются строительством. Сейчас, к примеру, рубим баню. Женщины занимаются административной работой, продвижением сайта проекта, подготовкой и реализацией продукции, заготовкой меда, Иван-чая. К работе привлекаются и волонтеры. Мы с радостью принимаем желающих пожить и поработать на нашей ферме.
Сейчас у нас 18 коз, три из них дойные, остальные подрастают. Из молока делаем сыр, творог. Сывороткой кормим свиней. В планах строительство сыроварни. Также на ферме выращиваем птицу – кур, гусей, индюков, разводим племенных свиней и домашних мини-пигов. Заложили фруктовый сад на 100 деревьев.
В рамках проекта мы организовали органическую ферму «Молодежная», производим натуральные фермерские продукты. Начало хозяйству положила экспериментальная пасека. В ее работе применены инновационные методы пчеловождения, используем финские ульи, медогонку Грановского. Уже в первые два года ее существования мед с пасеки занял призовые места на крупном областном фестивале медов Сандово, обогнав более 70 конкурентов.

Еще ребята применяют методы оптимизации труда. Так, ниппельная поилка для птиц с каплеуловителем лучше всего отвечает санитарным нормам, а бункерная кормушка экономит корм и трудовые затраты.

Электропастух – еще один способ облегчить уход за животными, не наноса им вреда. Слабый электрический заряд дает неприятные, отпугивающие ощущения. Электроизгородь применяется как для выпаса скота, так и для защиты стада от диких животных.

За лето ребята построили тир, летний бар, каркас геокупола. Собираются развивать экотуризм, создать контактный зоопарк, проводить этнофестивали. «Мы хотим, чтобы наша площадка могла послужить примером для людей, задумывающихся о переезде на природу, уставших от городской суеты и пыли. Чтобы каждый желающий смог познакомиться с нашим опытом, примерить на себя современный загородный образ жизни, и возможно, благодаря этому создать свое успешное хозяйство. Мы хотим создать не столько развлекательное пространство, сколько информационное. Планируем организовывать лекции, снимать обучающие фильмы для тех, кого интересует загородный образ жизни.»

Их деятельность не остается незамеченной. Я побывала на ферме в День Открытый дверей, когда к ребятам приехали более 400 человек, а на следующий день застала Тверское телевидение, которое снимало о них программу.
Возвращаюсь из поселения в город, который пока еще не готова покинуть, с мыслями о будущем отдельно взятых семей и жителей страны в целом, для которых открываются теперь новые горизонты, или хорошо забытые старые – плодородные леса, речушки, солнце, садящиеся в поле, где цветет Иван-Чай.

Фото Дмитрия Шубина

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *